как это делается. Николя занимался тем же. Жаль, с собой нет ни одного накопителя. Придется ее переваривать самостоятельно. А пока чужая сила усвоится, пройдет не меньше суток, да и головная боль из-за переполненного резерва на это время мне будет обеспечена. Еще минут пять прошло до того момента, как концентрация силы в округе стала приемлемой. Нет, не близкой к норме, до этого еще далеко, но уже можно дышать полной грудью, не боясь свалиться в обморок.
— Что это было? — прохрипела я.
— Самопроизвольный выброс силы. Правда, такого большого не было уже лет десять. Видимо погибший был очень сильным магом, — Николя с трудом поднялся со стула и кинул купюру на стол. — Звони в управление, их нужно предупредить.
— У меня телефон сел, — я в растерянности посмотрела на свой мобильный.
— А, черт, — он посмотрел на свой. — И у меня тоже. Ладно, волна до них дойдет минут через десять. Через час, не получив от нас известий, тут будет минимум один патруль. А мы с тобой сейчас как раз в эпицентре. Нужно этим воспользоваться.
Мы вылетели за двери и заметались по улице, стараясь определить направление, откуда пришла волна. С трудом, но это удалось. Чем ближе мы подходили к эпицентру, тем тяжелее нам было двигаться вперед, а это значило, что мы идем в верном направлении. Методов слежения, которые взяла на вооружение СБ ковена мы еще не изучали. И до сегодняшнего дня я была уверена, что есть какие-то приборы, которые позволяют отслеживать вот такие выбросы, определяя где и что случилось. А оказалось все намного банальнее. Мы сами огромные приборы, способные чувствовать, улавливать и правильно определять направление, ориентируясь по потокам силы. Только эту способность нужно грамотно развивать, учить экранироваться, а то при таких стрессах никто долго не выдержит. У меня уже дико болит голова от переизбытка силы и носом идет кровь. Наверно во всем районе сегодня зафиксируют неожиданно большой всплеск заболеваний: инфаркты, инсульты, дикие головные боли и так далее.
Мы бегом приближались к небольшому частному домику, находящемуся в тупичке в квартале от кафе. Хотя бегом — это сильно сказано, ощущение было, что ноги вязнут в киселе, не давая двигаться с нормальной скоростью.
— Это здесь, — Колька толкнул калитку и влетел во двор.
Вокруг была тишина. Ни собаки, ни другой живности не наблюдалось. В одном углу двора навалены старые строительные материалы, изрядно подпорченные временем, в другом буйно разрослась малина, не знающая жесткой руки и секатора. Неухоженный сад производил гнетущее впечатление.
Мы влетели в дом, не ожидая подвоха, за что и поплатились. Прогремел выстрел, и что-то тяжелое опустилось мне на голову, разрывая внутренности вспышкой боли. Краем глаза успела увидеть, как упал Николя. После этого отключилась.
Не знаю, сколько времени я провела без сознания, но очнулась, когда было уже темно. Попыталась, было, пошевелить руками, но они были привязаны к чему-то у меня над головой. Пошевелила ногами. Подо мной жалобно скрипнула пружинами кровать. Ноги были свободны. Уже это хорошо. Интересно, что с Колькой? Надеюсь, он смог сбежать, одна надежда, что он сможет привести помощь. По поводу своей судьбы я не обольщалась, догадываясь к кому попала в руки. Похоже, это тот самый убийца магов, в существование которого не верил Аристарх.
Резкое движение ногами отозвалось тупой болью в голове. Пришлось откинуться на кровать, закрыть глаза и переждать приступ. Я попыталась, было, вызвать крохотный язычок пламени, но не смогла. Что-то мешало. Казалось бы, вот она сила, бурлит под кожей, перекатывается, черпай пригоршнями, все равно до дна доберешься не скоро. Но что-то мешало, как будто между нами выросла прозрачная стена. Оставалось кусать локти от злости. Похоже на мне был какой-то антимагический артефакт. Об их существовании я только слышала, но ни разу не видела из-за их редкости и дороговизны. Секрет изготовления был утерян века назад, а нового пока ничего не придумали. Несколько артефактов было в собственности старых магических родов, имеющих влияние на ковен. Еще с десятка два было разбросанно по всему миру. Выходит, либо наш убийца гениальный маг, который смог воссоздать старинные артефакты, либо один из представителей старинного рода. Почему-то кажется, что второе. Таким образом, круг значительно сужается.
— Ну что, очнулась? — в тусклом свете, лившемся из коридора, стояла высокая массивная фигура.
— Где я? — мой голос сел и вместо чистых звуков выдавал хрипы.
— У меня, — он подошел к кровати, сел рядом, под ним прогнулся матрас, и я невольно скатилась ему под бок. Лица разглядеть не удалось, единственный источник света — дверь в коридор была закрыта.
— Где мой напарник? — я попыталась отодвинуться, но он не позволил, прижав меня к своему боку.
— Не трепыхайся, я тебе ничего не сделаю, — он на минуту замер, а потом продолжил, — пока не сделаю. А твой друг отдыхает в соседней комнате.
— Он живой?
— А что ему будет? — по голосу чувствовалось, что он улыбается. — Ранен слегонца, пришлось его крепко связать, чтобы не трепыхался.
— Что ты с нами сделаешь? — я старалась говорить спокойно. Почему-то этот человек казался мне вполне разумным и выдержанным. А с такими всегда можно договориться. Но тут же накатило осознание того, с кем я собираюсь договариваться. Ведь если я права, и он тот самый убийца, то живыми мы отсюда не выйдем. — Ты же понимаешь, что нас уже ищут и рано или поздно найдут.
— Скорее поздно, чем рано, но спасибо что напомнила. Вы мне и, правда, не нужны. Сам не понимаю, почему не прикончил вас на месте, а привез сюда. Это наверно моя сентиментальность и человеколюбие.
Он притворно вздохнул и встал с кровати.
— Подожди, не уходи, — если уж выпал случай, я собиралась все для себя выяснить. — Зачем ты убивал тех женщин. Сколько их было? Человек пятнадцать? Зачем нужно было инсценировать то, что они маги и устраивать имитацию самопроизвольного выброса силы?
— Ты и это знаешь? — он вернулся на место. — Молодец, люблю умных женщин, — я почувствовала, как что-то острое и холодное с нажимом прошлось по моей щеке. Тут же выступила кровь, которая мелкими каплями стала скатываться за воротник. — Только они и, правда, были магами. Спяяящими, — в его голосе мелькнули мурлыкающие нотки. — Такими вкусными.
— Ты что их ел? — я в ужасе от него отшатнулась, нож, который он так и не убрал от моего лица чуть сильнее пропорол мою щеку.
— Ел? Ты что? — но праведно возмутился. — Так, немного поиграл. — Он опять стал вертеть ножом у меня перед лицом, нежно поглаживая острой кромкой то
